две «шпалы», на рукаве — звездочка красного сукна. Он пристальным взглядом ощупывает землянку, снимает каску, распрямляет смятую пилотку и вдруг стремительно подается вперед.
—  Да вот же он, наш командир. Будем знакомиться, я — комиссар Заседателев.
—  Очень рад,— лукаво улыбается майор Тымчик и представляется: — Кирилл Яковлевич. Прямо из штаба  фронта. Командир дивизии подбросил к расположению полка. Поспел вот в землянку как раз к ужину...
—  А бойцы и каши не предложили? Санинструктор Каневский пытается как-то сгладить возникшую неловкость:
—  Одежонку зимнюю когда дадут — не слышно? Его узкие ноздри вздрагивают, лицо просветлено надеждой.
—  Днями получим.— Майор встает, разминает затекшие ноги. Среднего роста, смуглое лицо, заострившийся нос. Мешки под темно-серыми живыми глазами и продолговатые бороздки на лбу выдают его усталость.—Пока не холодно, так ведь? Или землянка к утру выстуживается?
—  Опять будем отступать? — допытывается белобрысый боец и называет себя: — Красноармеец